«Центробанк борется с инфляцией, но борьба порождает ее рост»

— ЦБ повысил ключевую ставку до 21% и рассчитывает вернуть инфляцию к к 4,0–4,5% годовых в 2025-м. Какое влияние на ставку оказала война?

— Основное. До того, как началась война, Россия смогла подавить инфляцию. Ставка была небольшая, темп инфляции составлял около 4–5%. Все было спокойно, но после начала вторжения страну вывели из стабильности. Огромную массу денег вбросили в очень короткий промежуток времени, что спровоцировало рост цен.

Россия перестала создавать резервы, откачивать часть денег из экономики в резервы, и, соответственно, все, что раньше шло в резервы, пошло непосредственно в расход, и разгулялась инфляция. Поэтому приходится ее гасить. Но получается это не очень хорошо, поэтому приходится все время ставку повышать. И 21% — это не предел: мы уже вполне серьезно обсуждаем шансы на то, что ставка может быть и 23% уже в будущем году.

Инфляция не успокаивается, она идет вверх. И тут уже несколько причин. Во-первых, продолжается гигантское вливание денег в экономику из-за войны. Во-вторых, уже сформировались устойчивые инфляционные ожидания. Чего люди ожидают, то они в экономике и провоцируют, так устроена экономика. Если люди верят, что будет инфляция, они стараются покупать по нынешней высокой цене. Если они берут по высокой цене, то все понимают, что можно продавать еще дороже, — и повышают ее. Так все успокаиваются, понимая, что сделали правильно, купив «сейчас» по высокой цене, ведь «завтра» цена действительно стала еще выше. Значит, в следующий раз надо покупать «завтра», ведь «послезавтра» станет еще дороже.

Возникает система инфляционных ожиданий. Центробанк об этом говорит и пытается это сбить, успокоить экономику. Но получается плохо, потому что в экономике сейчас работают друг против друга два ведомства — это ЦБ и Минфин. Минфин закачивает деньги, причем по бюджетному каналу, то есть через финансирование военных заказов, там деньги практически бесплатны (не под процент и без возврата. — Прим. ред.). Эти деньги проходят через военный сектор и уходят так же в гражданскую экономику: нужно же покупать компоненты, сырье, материалы из гражданского сектора для военного. «Бесплатные» деньги выливаются на весь простор российской экономики, и начинается рост инфляции. ЦБ пытается погасить инфляционные влияние, которое идет от Минфина, но сделать это не может, потому что он не управляет тем, что делает Минфин, а Минфин не управляет своими расходами — ими управляет война.

Центробанк пытается каким-то образом управлять экономикой, но получается плохо. И это не случайно, потому что

Поэтому ЦБ повышает ставку и ничего не добивается.

— И какой предел этому? Повысят потом до 23%, и что?

— Предела нет. Чем выше инфляция, тем выше будет ставка. Все надеются, что когда-то это переломится, но оно не переломится, потому что пока не кончится война с безумными расходами, разгон инфляции не прекратится.

Но гражданская экономика России будет умирать. Ведь она получает деньги для кредитования по этой банковской ставке, которая зависит от ключевой ставки ЦБ.

Как это работает: банки берут кредиты у Центробанка и выдают их бизнесу. Если в стране ключевая ставка 21%, то банки одалживают у ЦБ по 21%. Но им же еще нужно заработать деньги, поэтому они выдают кредиты бизнесу уже по 23–25%. Бизнес должен иметь такую рентабельность на вложенные деньги, чтобы окупить столь дорогой кредит. Но у многих нет такой прибыльности: им надо либо резко повышать цены, либо закрываться. Это, в частности, относится к розничной торговле, которая активно пользуется кредитами. Если государство так резко повышает ключевую ставку, то розничная торговая сеть должна повышать цены. Это разгоняет инфляцию, а инфляция вызывает испуг у Центробанка, и тот повышает ставку еще больше. Возникает этот замкнутый круг, в котором сейчас бегает Россия.

— Прямо сейчас простые граждане почувствуют какое-то влияние на себе от повышения ключевой ставки? Это сразу отразится на зарплатах, ценах на продукты, ипотеках?

— Конечно, они это всё почувствуют. Сейчас неплохо себя чувствуют те, кто связан с войной и получает от нее доходы. Они помещают больше денег на депозиты в банках, потому что там выросли проценты.

В любопытной ситуации оказались люди, которые владеют малыми и средними компаниями. Им сейчас выгоднее закрыть свой бизнес, перестать производить товары и оказывать услуги, а все деньги, которые есть, положить на депозиты под высокие проценты — ничего не делать и получать доход. Высокая ставка убивает гражданский бизнес, потому что вести свое дело с большими усилиями и рисками не так выгодно, как взять и закрыть его к чертовой матери, уволить всех работников, а деньги положить на депозит под 23% годовых и ничего не делать. Гражданский бизнес становится менее выгодным и интересным. А раз меньше бизнеса, то меньше занятости для людей в гражданском секторе и меньше товаров и услуг для населения.

Высокая стоимость кредита ведет к повышению цен на розничном рынке. Все компании, которые работают в гражданской экономике, теперь пользуются более дорогим кредитом и даже если не закрываются, издержки-то растут.

ЦБ будет пугаться этого еще больше, повышать еще больше ставку. А победить он инфляцию таким образом не может.

— То есть ЦБ объясняет повышение ключевой ставки борьбой с инфляцией, но все получается ровно наоборот?

— Конечно. Это замкнутая система, при которой всякие шаги против инфляции усиливают инфляцию. Минфин только что объявил, что они увеличат расходы бюджета 2024 года на 1,5 трлн рублей. Частично это происходит из-за того, что увеличились военные расходы, а частично из-за того, что надо теперь больше денег платить по льготным кредитам. Люди же взяли льготную ипотеку — дают ипотеку под низкий процент, а банк получает нормальный рыночный процент, и разницу между рыночным и льготным процентом покрывает Минфин. Это дотирует государство.

Если повышается ключевая ставка Центробанка, растет рыночная стоимость кредита, и Минфин должен давать банку большую разницу между рыночной и льготной. Для этого он должен вбросить в экономику еще больше денег, и вот вам еще один канал вливания денег.

Поэтому россиян ждет неуклонный рост цен на все продукты питания и на все потребительские товары. Жизнь будет дорожать по всем направлениям, и с этим ничего нельзя сделать. ЦБ остановить это не может. И в будущем году россиян ждет еще больший рост: раз дорожает все в экономике, то дорожают, в частности, расходы в ЖКХ. ЖКХ повышает тарифы, а повышение тарифов, соответственно, разгоняет общий уровень инфляции.

— При этом деньги в российском бюджете все еще есть на то что, чтобы продолжать войну.

— И это как раз частично из-за инфляции. У нас же один из главных источников дохода — это налог на добавленную стоимость (НДС). Это налог, который очень хорошо работает во времена высокой инфляции. Потому что НДС уже включается в цену. Он же не абсолютный по размеру, а в процентах. Поэтому чем выше цена из-за инфляции, тем больше величина НДС, который получает бюджет. А государство вкладывает средства в войну и разгоняет инфляцию, из-за чего растут цены. Бюджет проигрывает не сильно, а вот население, у которого такой автоматический рост зарплат отсутствует, проигрывает.

— То есть, в общем, война идет за счет обычных граждан.

— Конечно, война идет все в большей степени за счет самого простого, самого бедного населения России.