«Креатив идеологов войны»

7 июля утром ВС РФ нанесли удары дронами по зданию Харьковского областного ТЦК, в результате пострадали трое военнослужащих. Также российские военные ударили вблизи Запорожского областного ТЦК, ранение получил один военный, рассказали в Сухопутных войсках ВСУ. Минобороны РФ признало атаку и заявило, что российские беспилотники «нанесли поражение» ТЦК ВСУ, ударив по «местам хранения ударных беспилотных летательных аппаратов, складам боеприпасов, горючего».

Такие удары уже не редкость. 30 июня российские беспилотники упали рядом со зданием территориального центра комплектации в Кривом Роге, три человека получили ранения. Помимо этого, 3 июля армия РФ атаковала дронами два ТЦК в Полтаве. В результате погиб экс-военный Стас Попович, которые менее чем за неделю до гибели уволился из вооруженных сил. Спикер Сухопутных войск ВСУ Виталий Саранцев заявил, что атака по ТЦК в Полтаве была целенаправленной и что такие удары, по его мнению, преследуют цель сорвать мобилизацию в Украине. Всего известно о двух погибших и 59 пострадавших.

Также 6 июля ВС РФ выпустили ударные дроны по городу Кременчуг Полтавской области и попали в здание Кременчугского ТЦК и соседний жилой дом. В результате возник сильный пожар, пострадал один человек.

«Цель — срыв мобилизации»

Атаки на украинские территориальные центры комплектации уже стали системными, отмечает в разговоре с «Новой-Европа» военный аналитик, бывший сотрудник СБУ Иван Ступак.

— Если бы это был один-два удара, можно было бы говорить о случайности. Например, сегодня за ночь российская армия атаковала Украину более чем 700 дронами — это крупнейший удар за всё время войны. Конечно, какой-то беспилотник мог отклониться, упасть. Всякое бывает. Но мы знаем минимум пять случаев попаданий в ТЦК. Это уже говорит о системности, — подчеркивает собеседник «Новой-Европа».

По его мнению, пока нелегко утверждать: это новая стратегия на высшем уровне или просто какой-то командующий решил выслужиться? Или это были пробные удары, чтобы посмотреть на реакцию?

— Несмотря на переход Украины на цифровые рельсы, часть работы остается бумажной. Цифровизация везде разная, но никто не отменял бесконечные стеллажи с папками, где хранятся справки, формы, анкеты. Это как карточка в больнице: сгорела — и человека как будто нет или он полностью здоров. Нет дела — нет человека. Уничтожение документов может влиять именно так, — говорит Ступак.

Между тем, ТЦК — не секретные объекты, подчеркивает он: их местоположение и время работы указаны на картах Google. Однако каждый день туда приходят минимум по 10 военнослужащих, а также сотрудников и десяток гражданских, оформляющих документы.

— По логике армии РФ, таким ударом они убивают или травмируют десяток действующих военных и десяток будущих военнослужащих, которые могли бы присоединиться к армии через два, три, четыре месяца. Вопрос в другом: продолжатся ли эти удары или это разовая акция? Вернутся ли к этому российские командиры? Пока трудно сказать, — подытожил Ступак.

«Если боеприпасов хватает, почему бы не позволить себе такое?»

Политолог Георгий Чижов в разговоре с «Новой-Европа» отметил: удары по ТЦК — пока что не всеобъемлющее явление. Когда армия РФ била по энергетической инфраструктуре Украины и города погружались во тьму — это, возможно, производило большее впечатление на украинское общество, продолжает эксперт:

— Сейчас ТЦК стал символом мобилизации, а от нее кто-то пытается уклониться. В первые полтора года полномасштабной войны таких случаев не было — добровольцев хватало. Потом добровольцев стало меньше. Кто-то идет по повестке в ТЦК, кто-то пытается уклониться, кто-то приносит документы о непригодности по здоровью или иным причинам. Из-за этого около ТЦК скапливаются очереди, — отмечает Чижов.

По его мнению, российское командование таким образом пытается расшатать моральный дух украинцев и запугать их, создав ощущение, что ходить в ТЦК небезопасно, — не только из-за мобилизации, но и потому, что туда летают дроны.

— Мне кажется, это всё же не очень серьезно и не будет иметь серьезных последствий. Настрой украинского общества — воевать столько, сколько потребуется. Его не удалось сломать даже более существенными ударами по энергетической инфраструктуре и отключениями света. До сих пор по городам каждую ночь что-то прилетает, звучат тревоги, но люди привыкают. Всё-таки нет у России возможности проводить тотальный воздушный террор. Поэтому я бы расценил это как креатив кого-то из идеологов войны. От этой меры, возможно, откажутся, а возможно, и продолжат, ведь если боеприпасов хватает, почему бы и не позволить себе такое? — рассуждает политолог.