Непризнанная Казакия

28 февраля 2023 года Владимир Путин, выступая на заседании коллегии ФСБ, неожиданно заговорил о тех, кто, по его словам, пытается расколоть и ослабить российское общество, используя «как оружие сепаратизм, национализм и ксенофобию».

— Это всегда применялось в отношении нашей страны. Сейчас попытки, конечно, наиболее активные — активизировать всю эту мразь на нашей земле, — сказал Путин.

Заявление российского президента было похоже на запоздалую реакцию. Месяцем ранее, 31 января в Брюсселе, в штаб-квартире Евросоюза прошел очередной «Форум свободных народов России», который ожидаемо собрал богатый урожай критики. Участники съезда вновь обсуждали перспективы разделения России на 27 независимых государств. В числе прочих там был представлен и проект «Республики Казакия» — давней мечты донских казаков о независимом от Москвы собственном государстве. Представитель казачьего движения «Езиковский Ертаул» Александр Золотарёв призвал европейцев на первом этапе хотя бы признать казаков репрессированным народом, как это сделали американцы, приняв в 1959 году Закон «О порабощенных нациях». Там Казакия упоминается в одном ряду с балтийскими странами, Украиной, Беларусью, Арменией, Грузией и др.

— После распада Советского Союза почти все народы, перечисленные в этом Законе, обрели независимость. Но указанная в этом правовом акте Казакия так и не появилась, и казаки до сих пор не признаны в Российской Федерации народом и не включены в общий классификатор народов страны, — заявил Золоторёв. — Тем не менее, в России 26 апреля 1991 года был принят Закон «О реабилитации репрессированных народов» № 1107-1, где в числе других народов говорилось о казаках и обязанности государства признать факт незаконных репрессий против них и осуществить правовую, территориальную и материальную реабилитацию.

Круги власти

В новейшей истории донские казаки как минимум два раза пытались построить собственные автономии. В первый раз это произошло в мае 1918 года, когда часть казачества, не поддержавшая ни «белых», ни «красных», провела так называемый Круг спасения и объявила о создании на территории нынешней Ростовской области и юго-востоке Украины «Демократической казачьей республики» во главе с генералом Петром Красновым. Под напором большевиков республика пала к началу 1920 года.

В 1942 году уцелевшие после красного террора казаки провели новый круг и попытались возродить республику, заключив коллаборационистский договор с гитлеровскими войсками. Закончилось всё еще хуже: порядка 250 тысяч казаков, включая женщин и детей, были вынуждены отступать вместе с армией оккупантов, а оставшиеся хлебнули большевистского лиха наряду с крымскими татарами, чеченцами, калмыками и другими «народами-предателями».

По данным первой общероссийской переписи населения 1897 года, в России насчитывалось почти 3 миллиона войсковых казаков (вместе с семьями) — 11 казачьих войск в 15 губерниях. Это составляло 2,3% населения империи.

По данным всероссийской переписи населения 2020–2021 года, казаками в России себя назвали 50 450 человек. Хотя в 2010 году тогдашний председатель Совета при президенте РФ по делам казачества Александр Беглов насчитал в России около 7 миллионов человек, которые причисляют себя к казакам. «Общая численность войсковых казачьих обществ — более 700 тысяч человек, так называемых «нереестровых» общественных организаций — более 600», — рассказывал Беглов журналистам.

Основных версий происхождения казачества две. Сторонники теории об отдельном этносе настаивают, что казаки (слово тюркское, созвучно с «вольный человек») — потомки скифских, меотских, туранских и аланских племен, которые ассимилировались с жителями России и Украины (Запорожская Сечь). Воцерковление и службу российским царям эта часть историков трактует как результат непростого компромисса между врожденным свободолюбием казаков и необходимостью жить на окраине империи, не признающей права человека на свободу.

Другая часть исследователей считает, что к середине XVI века на Южных окраинах Московского царства сформировалось военизированное сообщество из числа людей, бежавших от рабства и уголовного преследования. В казаки принимали после выполнения ряда условий и обрядов. Крепостного права они не знали, вся земля принадлежала войску, ее обрабатывали совместно — атаман за плугом шел с рядовыми бойцами.

Атамана казаки выбирали себе сами путем голосования на Большом кругу, и эта вольница — приверженность «европейским ценностям» — на протяжении всей истории существования казаков в России была причиной их конфликтов с властями.

— Это народ, создавший военную демократию, способную обеспечить выживание во враждебном окружении, — рассказывает потомственный донской казак Владимир Мелихов. — Каждый член этой общности был равен в правах со всеми другими и мог претендовать на любой выборный пост. Находясь в окружении кочевых и полукочевых племен и подвергаясь постоянным набегам, каждый казак был обязан защищать свою землю с оружием в руках, для чего в станицах формировали казачьи полки, в которых несло службу всё мужское население. Сочетание личной свободы, равенства в правах и обязанности защищать эти права и свободы с оружием в руках — это и есть казачество с созданной им уникальной системой самоуправления.

Несмотря на репрессии и притеснения, к моменту распада СССР дух казачества не выветрился, и в начале 1990-ых в России начался настоящий казачий ренессанс.

Казачий Ренессанс

Около полудня 22 марта 1993 года в Ростове-на-Дону на площади Советов две тысячи тысяч членов Союза казаков области Войска Донского (СКОВД) выстроились в каре напротив здания администрации Ростовской области. Многие из них были вооружены — автоматами и даже гранатами. Позже выяснится, что оружие казаки привезли из Приднестровья и Абхазии, где сражались на стороне пророссийски настроенных жителей Молдовы и Грузии.

Это было не первое агрессивное публичное выступление казаков. К тому времени от Владивостока до Калининграда образовались сотни добровольных казачьих объединений разной степени отчаянности. Вот лишь небольшая часть хроники их «активности» за 1992 год:

• •4 января Совет атаманов Кубани заявил о недоверии к главе администрации Краснодарского края Василию Дьяконову.
• •17 февраля Малый совет атаманов Союза казаков в Москве обратился к Борису Ельцину с требованием приостановить на казачьих землях действия Закона «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР», который касался продажи земли гражданам.
• •22 февраля Большой круг Терского казачьего войска во Владикавказе потребовал вернуть Ставропольскому краю Наурский и Шелковской районы ЧИАССР и Кизлярский район Дагестана.
• •В марте на Кубани казаки начали самовольно выселять с «территории войска» «лиц кавказской национальности».
• •3 апреля 1992 года кубанские казаки захватили здание бывшего горкома комсомола в Армавире.
• •12 апреля — около 200 казаков Луганской области присягнули на верность России и «Донской республике».
• •31 мая брюховецкие казаки Таманского отдела Всевеликого кубанского войска опубликовали в местной печати требование запретить работникам милиции заходить на казачьи дворы без санкции казачьей власти, считать проблемы казаков — «семейным делом», дать казакам право на хранение и применение огнестрельного оружия.
• •23 июня казаки города Курганинска (Карачаево-Черкессия) взяли с боем здание городской администрации и заставили главу администрации назначить своим заместителем Бориса Пупынина, атамана района.

По всей России в то время казаки поддерживали националистов и помогали разгонять антиправительственные митинги, нападали на выходцев из кавказских республик и участвовали в «бандитских разборках», «упорядочивали» уличную торговлю в столице (по соглашению с мэрией Москвы) и гибли на Балканах.

Историческому захвату ростовского облсовета предшествовало заседание расширенного совета атаманов Союза казаков области Войска Донского, которое приняло решение о восстановлении области Войска Донского как национально-государственного образования с правами субъекта федерации. Совет атаманов объявил о формировании войскового правительства, введении военного положения, взятии под охрану всех административных зданий и объектов жизнеобеспечения, создании военного трибунала и отдании под суд всех лиц, препятствующих выполнению требований СКОВД.

Разоружив милицейскую охрану, 22 марта несколько казаков вошли в зал ростовского облсовета. Они объявили, что не выпустят депутатов до тех пор, пока те не поддержат «волеизъявление» донского казачества. Речь шла о создании национально-государственной автономии, которая при этом обязывалась во всём поддерживать Бориса Ельцина, — так казаки выразили признательность первому президенту РФ за «Указ о государственной поддержке казачества».

— Речь не шла об отделении от России, — позже объяснял в интервью газете «Вечерний Ростов» (октябрь 1999 года) командир 96-го казачьего полка СКОВД Пётр Молодилов — самопровозглашенный атаман, предприниматель, участник сразу нескольких военных конфликтов на территории бывшего СССР и Сербии. — Взять ту же Российскую империю. Она жила по своим законам, а казаки — по своим. Теперь же мы — никто, и звать нас никак, а республика Саха, населенная вчерашними племенами, имеет прав больше, чем мы. Налицо дискриминация казачьего народа.

Ничего у казаков тогда не получилось. На следующий день их атаман Василий Каледин подписал с ростовским властями «соглашение о сотрудничестве», и с тех пор казаки на официальную власть в регионе больше не покушались.

В 2001 году Пётр Молодилов был осужден за убийство трех выходцев из кавказских республик. Мужчина настаивал, что на него напали. Суд назначил ему наказание в виде 17 лет лишения свободы. В 2012 году Молодилов смог, находясь в колонии, опубликовать в одной из газет Калужской области статью о необходимости создания «Республики Казакия». Статью признали экстремистской и добавили автору еще два года. На свободу он вышел в 2019 году.

Бурные 90-ые, когда казаки действительно пугали власть своей способностью стихийно объединяться и в критические моменты полностью подменять собой органы управления, закончились изоляцией наиболее одиозных лидеров казачества и созданием т. н. «реестра».

Казаки, которые соглашаются официально оформить свои отношения с родиной, вносятся в реестр войсковых казачьих объединений и получают возможность на этом сотрудничестве немного заработать. Они участвуют в охране общественного порядка, имеют свои учебные заведения — кадетские корпуса. Например, в 2022 году в Ростовской области на финансирование региональной государственной программы «Поддержка казачьих обществ» было выделено 1,12 млрд рублей, годом ранее — 900 млн рублей.

По данным Всероссийского казачьего общества, сейчас в России официально зарегистрировано 12 реестровых войсковых казачьих обществ и 2 окружных казачьих общества. В 2022 году численность реестровых казаков составляла порядка 160 тысяч человек.

О количестве «нереестровых казаков» никаких данных нет. Часть идейных казаков сочла реестр формой подкупа со стороны государства, и продолжает от него категорически отказываться.

Однако с 2014 года разделение казаков на «реестровых» (лояльных) и «нереестровых» (нелояльных государству) уже никого не может обмануть: в то время как реестровые казаки продолжали нести охрану общественного порядка, проводили «шермиции» и коммерческие обряды «посвящения в казаки», их нереестровые собратья под предводительством атамана Николая Козицина в мае 2014 года напали на украинскую станицу Луганскую и удерживали власть в ней на протяжении нескольких лет.

Самостийные имперцы

В 1994 году донские казаки подписали с сепаратистской Чеченской республикой Ичкерия «Договор о дружбе и сотрудничестве». Статья 19 этого Договора, в частности, гласила: «Стороны обязуются не допускать со своей территории, а также через свою территорию вооруженные силы и формирования, оружие, боеприпасы, военное снаряжение, предназначенные для использования в борьбе против одной из договаривающихся Сторон».

От Чечни договор подписал тогдашний президент республики генерал Джохар Дудаев, а вот с именем подписанта со стороны казаков не всё так однозначно: чеченцы указывают, что это был атаман Всевеликого войска Донского Николай Козицын. Но атаманом Союза казачьих войск России и Зарубежья в тот момент был Виктор Ратиев, и именно ему политические противники позже вменяли в вину поддержку кавказского сепаратизма.

Атаман Всевеликого войска Донского за рубежом (ВВДЗ) Алексей Келин рассказывает, что казаки всегда делились на «самостийцев» и «имперцев».

— Мой отец говорил, что ни то, ни другое — неправильно. Говорили: «Вот выгоним с наших земель «хохлов», «иванов» и «будем хозяевами», — вспоминает атаман, называя такие идеи утопичными.

Выходец из семьи казака-эмигранта, Келин родился в Праге в 1942 году и сделал карьеру инженера. Но делом его жизни стали не технологии дальней связи, а сохранение памяти о той России, которую зимой 1919 года в каботажном судне через штормовое Черное море покинул его 23-летний отец. Келин — член правления общественной организации «Русская традиция», «которая считает себя преемницей традиций русской эмиграции и к основным задачам своей деятельности относит сохранение и развитие культурного, научного и духовного богатства, которое оставило нам в наследство первая волна послереволюционной эмиграции». Много лет он работает в Совете правительства Чехии по вопросам меньшинств.

— В хаосе революционной России, в начале прошлого века, Дон стал единственным местом, где удалось установить законную власть на основе народного самоуправления. Всенародно был избран войсковой круг (парламент) и атаман (президент). Дон выгнал большевистских захватчиков и встал в мае 1918 года на путь цивилизованного развития, что мешало большевикам снова захватить власть и ввести свой режим, построенный на лжи, зависти и ненависти, — говорит он, объясняя причину этой ненависти.

Доказательством природной несовместимости современной России и казаков может быть биография известного казачьего просветителя Владимира Мелихова. Успешный предприниматель в начале 90-ых пытался делать политическую карьеру. Он хотел, чтобы донские казаки избирались в органы местного самоуправления, и чтобы вся Россия стала тем государством, о котором мечтали казаки в 1918–1919 годах: с низовой демократией, рыночными законами и честной политической конкуренцией. Но увидев, чем в начале 90-ых занялись «возрожденные» казаки, решил начинать с азов — образования и возвращения традиций. Так в «нулевых» появились два его частных музея: «Донские казаки в борьбе с большевиками» в станице Еланской в 350 км от Ростова, и второй — «Антибольшевистского сопротивления» в подмосковном Подольске, где у Мелихова был налажен прибыльный строительный бизнес. Коллекции он собирает по всему миру: покупает на аукционах документы и амуницию, получает в подарок от потомков эмигрантов предметы обихода и старинные фотографии. Три этажа мемориала в Еланской — это история донского казачества от середины XVII века. Сердце экспозиции — хроника большевистского террора, когда только по самым приблизительным меркам на Дону было истреблено порядка полутора миллиона казаков: расстреляно и умерщвлено голодом.

— Я решил показать суть большевистской власти: к чему она привела народы России, кто, как и почему ей сопротивлялся, как жили эмигранты, каких результатов они достигали, — и как выживали оставшиеся под Советской властью, и т. д., и т. п. Это оказалось удачным решением. Потому что одно дело — читать, одно дело — слушать других; и совсем другое дело — смотреть собственными глазами на экспозиции, где документально и наглядно представлена канва двух мировоззрений, двух систем: большевистской — для оставшихся в СССР, и демократической — для тех, кто вынужден был начинать всё с нуля в эмиграции. Сравнение это столь разительное, что, ознакомившись со всеми экспозициями, человек легко приходит к выводу: большевизм — это самоуничтожение народа и его деградация. И в случае реконструкции большевистской системы власти — самоуничтожение и деградация повторятся, — рассказывает Мелихов.

— Меня методично понуждали закрыть мемориал, — вспоминает Мелихов. — Обвинения были столь убоги, что дело рассыпалось, и я был освобожден прямо в зале суда (в 2007 году такое еще было возможно). Но маховик судебной машины уже был запущен. Придирались по каждому поводу. Следователи уже в открытую говорили мне: «Закрой мемориал, и от тебя отстанут».

Всего с момента открытия музея Мелихов пережил 527 судебных заседаний. Одно из самых абсурдных дел против него родилось в 2015 году — вот при каких обстоятельствах.

Десять лет назад Мелихов занялся обустройством мемориала в австрийском Лиенце, где в летом 1945 года англичане выдали СМЕРШу, по разным подсчетам, от 45 до 60 тысяч казаков из числа воевавших на стороне Гитлера, а также казачьи семьи, которые вместе с немцами отступали с Дона, Кубани и Терека. В ходе выдачи многие казаки и казачки убивали себя сами, зная, что их ждет в СССР. Часть пленных СМЕРШ расстрелял в окрестностях города. Несколько тысяч человек, включая детей, бежали. Лиенц стал сакральным местом для русской эмиграции. Каждый год первого июня туда съезжаются потомки уцелевших казаков со всего мира.

На открытие своей часовни на кладбище Лиенца в 2015 году Мелихов не попал: во время пограничного контроля в Шереметьево из его паспорта исчезла страница, а вскоре домой пришли с обыском. За найденный музейный револьвер XIX века и патроны в мусорной корзине предприниматель был осужден на год ограничения свободы.

Все последующие годы правоохранители не оставляли Мелихова в покое. Вот и в феврале 2023 года на мемориал в Еланской «снова пришел сигнал».

— Очередная проверка по очередной кляузе какого-то доброхота, утверждающего, что мы развращаем народ «антиправительственной деятельностью», — объясняет Мелихов. — По сути, все эти годы ничего и не прекращалось: обыски, изъятия издаваемых нами книг, фабрикация административных дел, даже в Госдуме подготовили проект постановления специально по нашему Мемориалу — «О пресечении фактов пропаганды фашизма на территории Российской Федерации» (2010 год).

Главная причина преследования Мелихова — стенд с документами об участии казаков во Второй мировой войне на стороне Гитлера. Как беспристрастный исследователь владелец музея решил, что о казаках надо говорить всё, какой бы горькой ни была правда. Сотрудничество части казаков с вермахтом — исторический факт, Мелихов этот факт подтверждает артефактами в музее. Но по нынешнему законодательству — это преступление.

Многообразие казачьих форм

Уголовные дела и травля «неправильных» казаков в России — для современного казачества такая же рутина, как не поддающееся точному исчислению количество общественных организаций по всему миру, которые называют себя казачьими.

Некоторые из них продвигают откровенно прокремлевскую повестку, как, например, потомственный австралийский «забайкальский» казак Семён Бойков. Как многие сторонники России на Западе, он стал известен во время пандемии коронавируса, выступая с антиковидными и антипрививочными заявлениями. После нападения России на Украину Бойков начал регулярно собирать митинги в поддержку действий российской власти в крупнейших городах Австралии.

Некоторые, как объявившийся в Европе «Езиковский Ертаул», предлагают казакам задуматься о будущем своего народа в пост-путинской России. Александр Золотарёв видит в сложившихся геополитических реалиях новый шанс для казаков; при условии, что Запад продолжит помогать Украине, а после ее победы — поддержит новые государства на месте бывшей империи.

— С падением путинского режима проблема не будет решена, если российская государственность будет сохранена в имперском формате, — убеждал Золотарёв участников «Форума свободных народов России» в Брюсселе. — Проблемы коренных народов не будут решены, они так же окажутся в положении угнетенных при «демократической власти Москвы». Многие из них перестанут существовать как этнические группы, если они не возродятся или не создадут свои суверенные государства в ближайшем будущем. Европа в этом случае получит новую войну через несколько лет или десятилетий, как только Россия накопит достаточно сил, чтобы начать эту войну.

Выступление Золотарёва вызвало критику по всему периметру разделенного казачьего лагеря. Любители «сильной руки» и «особого пути России» в один голос обвиняют Золотарёв в искажении истории и отсутствии у «малых народов» обид на Москву. Более сдержанные и проверенные временем казачьи объединения вроде ВВДЗ считают идею создания Казакии запоздалой и вредной.

— Россия должна быть полноценной федерацией. Не разделять народы надо, а объединять. Сейчас людей пытаются стравливать, заставляют их ненавидеть друг друга и убивать других. Нужно быть сначала людьми, а уже потом — казаками и русскими, — говорит 80-летний атаман ВВДЗ Алексей Келин.

Продолжающий свою просветительскую работу казак Владимир Мелихов тоже считает идею расчленения страны — не совсем умной.

— Предположим, что это случается.

Десятки конфликтов с очередной кровью и погромами. Ведь очевидно: если развал РФ произойдет, то к власти в отвалившихся регионах придут не те, кто участвовал в конференции, а те, кто имеет административный и финансовый ресурс, которым будут подогреваться теперь уже выдуманные региональные фобии, как ныне российские. В сегодняшней России такими людьми являются как раз те, кто сейчас и находится у власти и около нее. Во-вторых, как только их власть начнет шататься, какой ресурс будет использован? Тот же, что сегодня и в России: «Внешний враг у ворот» — только это будет не НАТО, а башкиры — для мордвы или ингуши — для чеченцев, — рассуждает Мелихов.

Уезжать из России он не планирует. Мелихов и тысячи его единомышленников всё еще надеются, что исторические традиции и задор казаков пригодятся будущей России в построении нового, более справедливого общества. Казачеству не привыкать переживать темные времена. В это время другая его часть поддерживает войну с Украиной и активно помогает истреблять братьев «козацького роду». По данным того же «Всероссийского казачьего общества», весной 2022 года в войне на стороне самопровозглашенных республик принимали участие 10 казачьих подразделений общей численностью свыше четырех тысяч человек.