«Еще год назад одиночные пикеты было можно»

«Сейчас подход кардинально поменялся»

Движение жен мобилизованных зародилось в 2023 году, когда стало ясно, что «мобики» будут воевать до последнего и домой их никто не отпустит. 7 ноября 2023 года жены солдат пришли на митинг КПРФ на Театральной площади в Москве с требованиями вернуть мобилизованных домой. С тех пор они стали регулярно проводить акции, флешмобы и смогли собрать тысячи подписей за то, чтобы «признать службу исполненной» и демобилизовать выживших. Долгое время возмущенные жены и матери пытались «не подставиться» под статьи уголовного кодекса, которые стремительно множились в воюющей России, и подчеркнуто демонстрировали поддержку «спецоперации». Однако некоторые их заявления звучали острее, чем лозунги антивоенных маршей за границей:

«Сатанист-людоед, совершивший рецидив после первого заключения, выходит на свободу через полгода, искупив серийные убийства на СВО. Есть всё же чувство юмора у нашего Президента! Наши парни, что уже 15-й месяц искупают? Они уже отдали Родине столько, сколько ей не расплатиться никогда!» — говорилось в манифесте движения «Путь домой», которое появилось вскоре после самого первого митинга.

После акции на Театральной площади о женах мобилизованных узнала вся страна, к концу ноября их канал «Путь домой» имел более 14 тысяч подписчиков, а дерзкие воззвания протестующих собирали сотни тысяч просмотров.

Последние предпочитали протестным акциям обращения к чиновникам. Поначалу женам мобилизованных сочувствовали не только антивоенные активисты, но и люди в провластных кругах. Так, их тепло принимали депутаты парламентских партий (КПРФ, «Новые люди») и осторожно поддерживали некоторые Z-блогеры, в частности Анастасия Кашеварова, которая неоднократно призывала чиновников пойти на контакт с родственниками военных:

«А девчонки-то правы. Смелости ни у одного во власти не хватило, чтобы собрать их, поговорить с ними. Тема мобилизованных очень болезненная, задач много, а они уже полноценная армия. Все знают и все умеют. Так объясните это женщинам. Да, тяжело с ними разговаривать, очень, по себе знаю. Но время сейчас тяжелое. Чего их обижать и еще больше разжигать? Они требуют уважительного диалога», — писала она в своем телеграм-канале.

Но уважительного диалога не получилось. Активисток стали запугивать и поливать грязью в провластных медиа, в том числе по телевидению. В мае 2024 года Минюст признал движение и телеграм-канал «Путь домой» «иностранным агентом». Также иноагентом была признана и его формальная лидер, Мария Андреева. Это окончательно поставило крест на возможном единстве: контактировать с активистами «Пути домой» стало опасно. В итоге были разгромлены оба лагеря: «Путь домой» оказался вне закона, а проект «Вернем ребят» Ольги Кац самораспустился после гибели на войне ее брата.

Однако самые упорные продолжали бороться за возвращение родных и после этого. В июне 2024 года женщины и дети, пришедшие на акцию к зданию Минобороны, встали на колени и развернули плакаты с просьбами о встрече с новым министром обороны Андреем Белоусовым. Но вместо министра к ним вышел генерал-полковник Александр Борисенко, который обвинил их в «раскачивании лодочки в интересах оппозиционных телеграм-каналов». В сентябре, на очередную годовщину мобилизации, около дюжины активисток пикетировали здание Минобороны в окружении титушек и провокаторов из «Волонтерской роты» (молодежная патриотическая организация. — Прим. ред.). Несмотря на угрозы и оскорбления, родственницы солдат простояли у здания до вечера, пока их не забрала полиция. Через два часа их отпустили по домам. Едва ли не единственным из патриотического лагеря, кто высказался в их поддержку, был Z-блогер Тринадцатый (Егор Гузенко), близкий к ЧВК «Вагнер»:

«А девченок по человечески жаль, и их вопросы к Министерству обороны совершенно обоснованны и справедливы, но власть обложилась ОМОНом, всех загребли словно террористов, а могли бы просто выйти с людьми на диалог», — написал он в своем телеграм-канале.

В этом году промолчал и Тринадцатый. Возможно, это связано с тем, что в прошлом году он стал фигурантом уголовного дела о нападении на полицейского (ч. 1 ст. 318 УК РФ), после чего подписал контракт и отправился на фронт, чтобы избежать тюремного срока. С тех пор Гузенко старается вести себя примерно и в чужие дела не лезет.

Это подтверждают и другие источники «Новой газеты Европа», например, наша собеседница Нина* (имя изменено) — в прошлом активная участница движения жен мобилизованных, теперь «отошедшая от дел». Ее муж, мобилизованный осенью 2022 года, всё еще на фронте, однако в протестах она больше не видит смысла. По словам девушки, она даже не знала о том, что Лидия собирается провести пикет в годовщину мобилизации:

— В прошлый раз [21 сентября 2024 года] мы активно обсуждали [пикет], решили, надо что-то делать. А сейчас уже особо никто не общается. Это [пикет], видимо, ее частная инициатива.

Согласно рассказу Нины, отношение полиции к женам мобилизованных действительно изменилось: если раньше активисток редко задерживали и отпускали через несколько часов, теперь «гайки закручивают»:

— Я сама выходила на пикеты. И Мария Андреева, когда она еще не была «иноагентом», стояла с плакатом прямо на Красной площади, где по закону нельзя пикетировать (это охраняемая территория, прилегающая к официальной резиденции президента. — Прим. ред.). Ее хотели задержать и уже взяли под руки, как вдруг кто-то по рации сказал, что «вот ее не трогайте», — и ее не стали задерживать. Сейчас подход кардинально поменялся. Может быть, видят в нас какую-то опасность, хотя предыдущие акции показали, что никакой опасности от нас нет, — рассказывает Нина.

По ее словам, задержанную у здания Минобороны Лидию увезли в отделение полиции на Лужнецкой набережной, где она останется до суда. Раньше такого не случалось, говорит Нина.

— Надеюсь, что ничего дополнительно ей не накидают. При задержании [силовики] намекали, будто это «дискредитация армии».

Суд должен был состояться утром 22 сентября, однако на момент публикации материала связи с задержанной нет, равно как и судебного решения.